MENU
Главная » Файлы » Научные статьи » 12.00.00 Юридические науки

Причинение ущерба и извлечение дохода как криминообразующие признаки нарушения правил осуществления экономической деятельности.Кислицына А.М
09.05.2012, 20:14
Старший преподаватель А.М. Кислицына
Ивановский филиал Российского государственного
торгово-экономического университета, г. Иваново, Россия


ПРИЧИНЕНИЕ УЩЕРБА И ИЗВЛЕЧЕНИЕ ДОХОДА КАК КРИМИНООБРАЗУЮЩИЕ ПРИЗНАКИ НАРУШЕНИЯ ПРАВИЛ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ


Квалификация нарушения правил легальной экономической деятельности непосредственно связана с установлением крупного ущерба и дохода в крупном размере как общественно опасных последствий деяния.

По оценкам А.В. Галаховой, уровень смежных с административными деликтами составов преступлений по действующему УК РФ превысил цифру в 40 норм, причем: 1) пограничные нормы обнаружены в 10 из 19 глав Особенной части, а в 6 случаях налицо полностью идентичные названия опасных поступков по УК РФ и КоАП РФ; 2) наиболее часто законодатель предписывает разграничивать по признакам объективной стороны, реже – субъекту и лишь в одном случае (ст. 154 и ст. 5.37 КоАП РФ – наличию корыстных побуждений; 3) удивительно, но лишь в 2 случаях из 40 коллидирующие посягательства отнесены законодателем в одному и тому же родовому объекту.

По вопросу о том, каким образом проявляются иерархические связи между уголовным и административным правом в оценке деяний «двойной противоправности», выработалось три основных позиции:

1) признание приоритета уголовно-правовых норм на том основании, что преступность и наказуемость деяний определяется только уголовным правом (Л.В. Иногамова-Хегай). Не возражая против приведенного довода, следует отметить, что он утрачивает смысл при сравнении пограничных по содержанию и объему деяний: уголовно и административно наказуемых нарушений правил легальной экономической деятельности;

2) в основу квалификации деяний должна быть положена их административная противоправность, в то время как уголовное право ориентируется на последствия, лишенные криминологического и юридико-технического значения. Аргументация М.В. Кирухина сводится к тому, что «именно содержательный анализ должен лежать в основе разграничения преступлений и проступков, а с этих позиций важен именно КоАП». Выступая за декриминализацию незаконного предпринимательства, Я.Е. Иванова аргументирует свою позицию тем, что: 1) криминализация незаконного предпринимательства, сопряженного с извлечением дохода в крупном размере, произведена в нарушение принципов общественной опасности криминализирующего деяния и преобладания положительных социальных результатов криминализации над ее отрицательными последствиями; 2) криминализация тождественных действий, сопряженных с извлечением дохода в крупном размере, произведена в нарушение принципов системно-правовой непротиворечивости криминализируемого деяния и полноты состава криминообразующего деяния;

3) проблема разграничении административных и уголовно наказуемых нарушений правил легальной деятельности носит иллюзорный и такой бессистемный характер, что в каждом конкретном случае требует отдельного рассмотрения. Поддерживая идею интеграции административных и уголовных норм об ответственности за деяния «двойной противоправности», исследователи расходятся в аргументации. Потребность в реформировании законодательства объясняется: утратой функционально значимых качеств последствий правонарушений (Н.Ф. Кузнецова); необходимостью комплексного применения арсенала правовых средств (Г.К. Мишин); желанием упростить, ускорить и удешевить судопроизводство по делам об уголовных проступках (В.Ф. Цепелев) и др.

Включенность уголовного права в национальную правовую систему регулирования и охраны экономической деятельности обусловливает потребность в укреплении междисциплинарных связей посредством установления преемственности административной и уголовной противоправности нарушений правил легальной экономической деятельности, конкретизации и унификации ущерба и дохода как криминообразующих признаков составов.

Проецируя условия преступности деяния на его последствия, можно с определенной долей условности выделить следующие признаки последствий:

1) они заключают в себе вред, причиненный охраняемым законом общественным отношениям, и оцениваются как общественно опасные (материальный признак);

2) юридически значимыми являются не любые негативные изменения в объекте уголовно-правовой охраны, а только вред, предусмотренный соответствующей нормой Особенной част УК РФ (формальный признак).

В зависимости от направленности деяния вред может быть причинен либо общественным отношениям, либо предмету преступления – материальный вред.

По содержанию преступные последствия дифференцируются на причинение физического, имущественного, морального вреда и вреда деловой репутации (ст. 42 УПК РФ).

Направленность (адресность) общественно опасного деяния, содержание и характер последствий обусловливают разнообразие их нормативно-правовой конструкции.

В разделе VIII «Преступления в сфере экономики» в числе общественно опасных последствий названы значительный ущерб (упоминается в 4 составах), крупный размер (16), крупный ущерб (6), особо крупный размер (6), тяжкие последствия (5), тяжкий вред здоровью (2), уничтожение, порча или разрушение предметов или документов (1), уничтожение или повреждение имущества или угроза его уничтожения (1).

Криминообразующими признаками нарушение правил легальной экономической деятельности являются следующие последствия:

- причинение крупного ущерба гражданам, организациям или государству (ст. ст. 171, 172, 178, 180,185, 185.1 и 185.2 УК РФ);

- извлечение дохода в крупном размере (ст. ст. 171, 172, 178 УК РФ).

До настоящего времени в теории уголовного права нет однозначных ответов на вопросы: что включено в понятия причиненного ущерба и извлеченного дохода; ограничивается ли ущерб материальными последствиями или требует расширительного толкования, каким образом должна устанавливаться причинная связь между противоправным деянием виновного и наступившими последствиями и в чем выражается количественная оценка крупного размера и крупного дохода.

К числу основных проблем относится определение понятия «ущерб». Хотя законодатель в примечании к ст. 169, 178 и 185 УК РФ определил сумму такого ущерба, он не решил главный вопрос - что под ним понимать. Крупный ущерб остается оценочной категорией в том смысле, что законодатель предоставил правоприменителю в каждом конкретном случае решать, какой вид негативных последствий и в какой форме должен учитываться при квалификации.

Пленум Верховного Суда РФ от 18.11.2004 года № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем», не определяет содержание крупного ущерба как криминообразующего признака незаконного предпринимательства.

Отсутствие универсального алгоритма оценки крупного ущерба приводит к тому, что уголовные дела по нарушению правил легальной экономической деятельности возбуждаются по большей части в связи с извлечением дохода в крупном размере, а не с причинением крупного ущерба.

Крупным ущербом в ст. 178 УК РФ признается ущерб, сумма которого превышает один миллион рублей, а особо крупным ущербом - три миллиона рублей (примечание к ст. 178 УК РФ).

Крупным ущербом, доходом в крупном размере в статьях 185 - 185.4 УК РФ признаются ущерб, доход в сумме, превышающей один миллион рублей, особо крупным - два миллиона пятьсот тысяч рублей (примечание к ст. 185 УК РФ).

Анализ количественных показателей ущерба значим для решения комплекса задач: определения целесообразности унификации размеров ущерба применительно к различным категориям потерпевших и их дифференциации применительно к различным видам нарушений, установления критериев определения размеров ущерба и их соотнесения с крупными (особо крупными) доходами.

Уравняв размеры дохода, задолженности, ущерба, законодатель, по мнению О.А. Авдеева, необоснованно объединил разные по содержанию понятия.

Например, ответственность за незаконное предпринимательство (ст. 171 УК РФ) наступает в случаях, когда деяние сопряжено с извлечением дохода в крупном размере (от 1 000 000 рублей) либо если причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству (от 1 000 000 рублей).

Такое решение видится спорным по следующим основаниям. Во-первых, из анализа судебно-следственной практики следует, что доход от незаконной предпринимательской деятельности и причиненный ущерб далеко не всегда соразмерны. К примеру, когда предприниматель, осуществляя свою деятельность без регистрации, рассчитывает избежать обязательных платежей в государственный бюджет, причиненный государству ущерб будет меньше полученного дохода, так как налоги и сборы всегда составляют лишь часть дохода. При этом, «нет необходимости высчитывать какую-то часть от целого, если само целое - доход - позволяет нам криминализировать деяние... наиболее вероятный вариант, что при расчете ущерба через невыплаченные налоги и при достижении крупного размера доход уже будет превышать особо крупный размер, а, следовательно, деяние необходимо будет квалифицировать по ч. 2 ст. 171 УК».

Во-вторых, стоимостный критерий ущерба от нарушений правил легальной экономической деятельности вне зависимости от того, кому он причинен, остается неизменным. Однако очевидно, что одна и та же сумма ущерба для гражданина, организации или государства имеет разное значение. Если для первого 1 000 000 рублей могут составлять семейный бюджет за несколько лет, то для государственного бюджета такая сумма гораздо менее значительна.

Это положение противоречит принципу гуманизма, предполагающему последовательное смещение приоритетов в применении репрессии в сторону первостепенной охраны и более полного учета прав и интересов личности как потерпевшего от преступления.

Разделяя предложение о снижении размера крупного ущерба и его дифференциации в зависимости от статуса потерпевшего, полагаем, что для ущерба, причиняемого гражданам, должен быть установлен меньший размер и более высокий - для ущерба, нанесенного организациям и государству.

Процесс дифференциации ответственности и определение стоимостных критериев размера ущерба для криминализации деяния должен проводиться с использованием средних величин, выведенных при анализе судебно-следственной практики. Используемый в примечании к ст.ст. 169, 178 и 185 УК РФ алгоритм оценки ущерба представляет собой неадаптированную под характер и масштабы экономической деятельности копию стоимостных характеристик хищения.

Для решения существующей проблемы актуально включение в содержание составов преступлений, связанных с нарушением правил осуществления легальной экономической деятельности, дифференцированных размеров крупного (особо крупного) ущерба, для граждан, с одной стороны, для организаций и государства, с другой.

Реализация этого предложения позволит обеспечить последовательную регламентацию количественных признаков последствий нарушения правил легальной экономической деятельности, будет способствовать гуманизации уголовного закона и справедливой дифференциации ответственности. Это предложение поддержали 61% респондентов.

Проведенное исследование подтверждает этот вывод. В период с 2000-2005 год в Ивановской области из 116 уголовных дел, возбужденных по фактам незаконного предпринимательства, по признаку причинения крупного ущерба гражданам, организациям и государству не было ни одного.

В юридической литературе высказываются различные мнения о том, что включает в себя понятие «крупный ущерб» в экономических преступлениях. Можно выделить следующие основные подходы:

1) крупный ущерб эквивалентен убыткам в их гражданско-правовом понимании;

2) включает только реально причинный имущественный вред;

3) является общей категорией, объединяющей имущественный, моральный вред и вред деловой репутации.

Анализ судебной практики показал, что судами не определяется ущерб в форме упущенной выгоды, причиняемый незаконным использованием товарного знака. Преимущественно под признаком крупного ущерба понимается извлечение виновным дохода.

Имущественный вред, причиненный преступлением в сфере экономики, описывается в гл. 21 УК РФ через понятия «значительный ущерб», «в крупном размере», «в особо крупном размере» (ст. ст. 158, 159, 160 УК РФ), «уничтожение или повреждение чужого имущества» (ч. 1 ст. 163 УК РФ), «имущественный ущерб» (ч. 1 ст. 165), «особо крупный ущерб» (ч. 3 ст. 165, ст. 166 УК РФ).

Как правило, при описании имущественного вреда уголовное законодательство использует термин «ущерб». Это понятие чередуется с вредом и последствиями, что дает основания говорить об их тождественности в контексте отдельных уголовно-правовых норм.

Отсутствие прямых противоречий в гражданском и уголовно-правовом определении ущерба позволяет сделать вывод: под ущербом в ст. ст. 171, 172, 178, 180, 185, 185.1, 185.2 УК РФ понимается причинение реального имущественного вреда и упущенной выгоды субъектам легальной экономической деятельности вследствие нарушения правил ее осуществления.

Анализ криминообразующих признаков нарушения правил легальной экономической деятельности позволил сформулировать ряд выводов:

1. Включенность уголовного права в национальную правовую систему регулирования и охраны экономической деятельности обусловливает потребность в укреплении междисциплинарных связей посредством установления преемственности административной и уголовной противоправности нарушений правил легальной экономической деятельности, конкретизации и унификации общественно опасных последствий как криминообразующих признаков преступлений.

2. Единство правовой и криминологической природы нарушения правил легальной экономической деятельности не дает оснований для дифференцированной оценки объема ущерба: в ст. ст. 171, 172, 178, 180 УК РФ – реальный имущественный вред + упущенная выгода, в ст. ст. 185 – 185.2 УК РФ – только реальный вред. Преобладание в преступных последствиях одной разновидности вреда при незначительном объеме другой не позволяет искажать понятие ущерба как совокупности реального вреда и упущенной выгоды.

3. Крупный ущерб в ст. ст. 171, 172, 178, 180, 185 – 185.2 УК РФ может выражаться в причинении вреда государственным интересам в сфере управления; неполучения государственной пошлины за регистрацию предпринимательской деятельности, выдачу лицензии и неполучение налога, подлежащего взысканию с хозяйствующих субъектов; материальных последствиях в виде реального имущественного вреда и упущенной выгоды, причинения вреда здоровью человека и др.

4. Признавая необходимость дифференцированного подхода к определению крупного (особо крупного) ущерба в зависимости от статуса потерпевшего, считаем целесообразным сохранение в ст. ст. 171, 172, 178, 180, 185 – 185.2 УК РФ крупного ущерба в размере 1 млн. рублей и установление особо крупного ущерба в размере 3 млн. рублей для организаций и государства; крупного ущерба в размере 250 тыс. рублей и особо крупного ущерба в размере 1 млн. рублей для граждан.

5. Юридически значимую связь между нарушением правил и причинением крупного ущерба можно определить как связь обусловливания, где нарушение правил является необходимым условием причинения вреда, а крупный ущерб – его закономерным следствием.

6. Между нарушением правил легальной экономической деятельности и извлечением дохода в крупном размере детерминационная (причинная или обусловливающая) связь отсутствует. На этом основании оценка дохода в крупном размере как криминообразующего признака составов ст. ст. 171, 172, 178 УК РФ нецелесообразна.





Список литературы:

1. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18.11.2004 года № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»//Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2005. № 1.

2. Авдеева О.А. Проблемы определения ущерба при незаконном предпринимательстве // Гражданское право. 2006. № 4. С. 27.

3. Аистова Л. Понятие незаконного предпринимательства// Законность. 2005. №7. С. 24.

4. Бойко А.И. Система и структура уголовного права. Т. 1. Системология и структурализм в современной познавательной культуре. Ростов-на-Дону, 2007. 640 с.

5. Иванова Я.Е. Незаконное предпринимательство: вопросы теории и проблемы правоприменения. Дис…канд. юрид. наук. М., 2010. С. 10 – 20.

6. Иванченко И. Б. Уголовно-правовая защита коммерческой, налоговой и банковской тайн. Автореферат дис... канд. юрид наук. М., 2003; Минская В. Уголовно-правовое обеспечение применения норм об ответствен­ности за преступления в сфере экономической деятельности // Уголовное право. 1999. № 3. С. 37.

7. Иногамова-Хегай Л.В. Приоритет уголовного закона в конкуренции уголовно-правовых, административно-правовых и иных норм права// Соотношение преступлений и иных правонарушений: современные проблемы; материалы IV международной научно-практической конференции, состоявшейся в МГУ 27-28 мая 2004 г. С. 200.

8. Кирюхин М.В. От правонарушения к преступлению: логика межотраслевых связей// Соотношение преступлений и иных правонарушений: современные проблемы; материалы IV международной научно-практической конференции, состоявшейся в МГУ 27-28 мая 2004 г. С. 217 – 220.

9. Куркин Д.М. Понятие крупного ущерба, причиненного незаконным предпринимательством // Юридический мир. 2009. №1. С.48-49.
Категория: 12.00.00 Юридические науки | Добавил: GOD | Теги: Нарушения, ущерба, ПРИЗНАКИ, криминообразующие, дохода, правил, Причинение, осуществления, КАК, извлечение
Просмотров: 2776 | Загрузок: 0 | Комментарии: 3
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]